За что в СССР запретили фантаста Ивана Ефремова?

 

 

28 сентября 1970 года в секретной записке главы КГБ Андропова в ЦК КПСС, роман Ефремова "Час Быка" был квалифицирован как "клевета на советскую действительность". 12 декабря 1970 года на специальном заседании Секретариата ЦК КПСС роман "Час Быка" был запрещен и подлежал изъятию из магазинов и библиотек.

Около трех лет Ефремов (уже посмертно) был запрещен и как писатель и как ученый. Только после того как его друзья и родные "дошли" до самого Брежнева, ситуацию удалось стратегически переломить.

Однако роман "Час Быка"  так и не переиздавался  до 1988 года.

Что же такого написал там Ефремов, что эту проблему пришлось решать на уровне Политбюро ЦК КПСС?

Однако, начать свой рассказ я бы хотел с позитивного момента. А на чем, собственно, "поднялся" Иван Ефремов,  как фантаст? 

Ефремов впервые описал "нового человека", которого нет в настоящем.

  Человека  с альтернативным  сознанием и мотивацией,  другими радостями и страхами, другим уровнем свободы и  социализации.

Новаторство  заключалось в том, что  он рисовал Будущее  не как Настоящее в антураже фотонных звездолетов, инопланетян и супергаджетов, а  такое Будущее, которого не было в реальном  социальном опыте. 

 

Его ранние работы удачно  вписались в контекст первых спутников, Гагарина, атомной энергетики и скачкообразного роста уровня потребления. Многим тогда показалось, что "Все невозможное - возможно" и никто не задавал неудобных вопросов про то "А как атомная энергетика может изменить сознание человека?"  Победителей, как говорится, не судят.

Однако к концу 60-ых эйфория от успехов угасла, как на Западе, так и в СССР.  Стало понятно, что технический прогресс  и возросший уровень потребления советского народа действительно стал менять сознание людей, но только не в сторону коммунизма, а в какую то альтернативную реальность, известную сегодня как "Общество Потребления".

На Западе эта проблема была немедленно взята в разработку философией постструктурализма и элитой в целом, что породило, в свою очередь, такие известные  научно-исследовательские центры как "Римский Клуб" и "Трехсторонняя Комиссия".   В СССР, к сожалению, стратегическая проблематика  "Общества Потребления"  была под запретом даже на "закрытых" элитарных уровнях.

Таким образом, в СССР на вызовы времени могли  реагировать (и то полуподпольно)  только  представители искусства - писатели, художники, режиссеры и так далее. "Час Быка"  -  это по сути реакция Ефремова на реальную ситуацию в странах "второго мира", где "все пошло не так".   Кстати, очень показательно, что некоторые идеи Ефремова (например, искусственное ограничение рождаемости) полностью совпали с тезисами Римского Клуба.

Главная идея "Часа Быка" заключается в том, что коммунизм не является безальтернативным будущим даже  при условии всех достаточных, догматических составляющих  социалистического общества - отсутствия частной собственности, НТР и единого планетарного государства.

Час Быка опрокидывает наивность представления о коммунизме, как о неизбежном  результате научно-технической революции. Ведь  все были уверены, что НТР раскроет потенциал человека, предоставит  ему возможность самореализации посредством "освобожденного труда" и минимизирует эксплуатацию человека человеком.

Однако советская действительность, которая объективно разворачивалась перед Ефремовым, показала, что освобожденное время (ресурсы) граждане тратят вовсе  не на самореализацию, а на гонку потребления. Причем эта гонка  явно принимает бесконечный, иррациональный характер, что ставит крест на "естественном" ограничении потреблямых ресурсов. С другой стороны, репрессивность государства и не думала растворяться в самоуправлении граждан, что тоже наводило на нехорошие мысли.

В этом контексте, Час Быка -  это, конечно, вопрос-предупреждение советской элите, которая, в отличие от западной, эту проблему, в качестве стратегической угрозы, просто не видела.
 

Таким образом, Час Быка - это, несомненно, прорыв и личный подвиг Ефремова, который не побоялся открыто озвучить проблему возможного экзистенциального тупика  "идеологии прогресса".

С другой стороны, Час Быка - это, конечно, провал, ибо никакого вменяемого выхода из этой ситуации Ефремов так и не предложил, тем самым подставив под удар легитимность всего цикла про "Мир Великого Кольца".

Пока в ранних работах "цикла" сюжет разворачивался внутри "коммунистического общества", многие противоречия удавалось затушевывать задним числом за счет того, что переходный этап к этому самому обществу просто выводился  за скобки. Мы сразу оказывались в готовом социуме победившей справедливости, где люди сами себя ограничивают, контролируют  и мотивируют. Конечно и там уже "торчали уши", но, повторюсь, в атмосфере всеобщей эйфории конца 50-ых, эти "уши" списали на погрешность.

Кстати, Ефремов осознавал эту недосказанность и, видимо, Час Быка задумывался им именно как попытка раскрыть проблематику переходного периода к коммунистическому обществу, за что ему, конечно, отдельный респект. Однако, как только писатель решил играть "по честному" - ситуация тут же вышла из под контроля. То есть,    когда   две альтернативные   цивилизации столкнулись лбами, все, до поры до времени, скрытые противоречия вылезли наружу и  напускную идеальность и "приглаженность"  наших высокоразвитых героев разлохматило в мгновение ока.

1. Земляне постоянно насмехаются на жителями Торманса, как над представителями более низкой цивилизации, причем на тех же самых основаниях, на которых  мы сегодня, к примеру, издеваемся  над чукчами в анекдотах. У нас есть технологии - мы молодцы, у вас нет технологий - вы не молодцы.

2. Земляне в нештатных ситуациях начинают себя также как на Титанике -  никто ни с кем не договаривается, хаос, спонтанно выстраивается репрессивная социальная  иерархия по  "праву сильного", которой при коммунизме как бы нет по определению.

3. Когда тормансиане прямо указывают на эти нестыковки - "Вы же такие, как и мы!",  земляне все отрицают и добавляют - "Еще раз вякнете что нибудь - мы по вашей планете жахнем лучом, как из Звезды Смерти - мало не покажется!"

Вообще весь сюжет держится на этом "жахнем", ибо тормансиане против визита незванных гостей. Однако продвинутых землян мнение аборигенов волнует мало. Тормансианам постоянно угрожают,  их обманывают, запугивают и подавляют - конечно же в рамках самозащиты и  во имя высокой цели.

На этом фоне попытки Ефремова показать высокодуховность землян-коммунистов выглядят очень бледно и неубедительно. В самых показательных моментах "самопожертвования" землян, которые готовы умереть сами,  но не  убивать аборигенов, доходит до смешного. В результате этих самопожертвований аборигенов гибнет в несколько раз больше, чем самих землян.

В итоге, "чистенькие" земляне  развязывают на Тормансе полноценную  гражданскую войну и террор, а после этого благополучно улетают, едва, кстати, удержавшись от полноценного "жахнем".

Занавес.

По иронии судьбы, Ефремову "прилетело" от ЦК КПСС вовсе не за то, что коммунисты будущего вели себя на  Тормансе, как английские колонизаторы 18 века. Книгу запретили из-за того, что  реалии Торманса в определенных  местах  подозрительно совпали с некоторыми характерными чертами стран советского блока.

И как Ефремов не оправдывался, ссылаясь на  "восточную деспотию и западную олигархию" , в ЦК  резонно ответили - "Мы лучше знаем, на что это похоже".

 

P.S. Да, для тех, кто не совсем понял, что это было. Это была рецензия на книгу "Час Быка", которую я написал по просьбе моего читателя chainastole .

Я хочу сказать ему отдельное спасибо, так как работа  над этой книгой серьезно продвинула меня  в исследовании  проблем социальной стратификации.

 

 

   
 

Почему развалились колхозы царя Александра III

Александр III: хозяин всея Руси | Пикабу

Александр III с супругой Марией Федоровной



В 1890-х в двух российских губерниях - Пермской и Херсонской - был проведён эксперимент: создание на бюджетные и благотворительные деньги небольших артелей из крестьян-бедняков. 

Об эксперименте с артелями в Пермской губернией рассказывает историк Степан Пьянков в статье "Ссуда на коллективизм: организация земледельческих артелей на Урале в конце XIX в." (Уральский исторический вестник, №3, 2013).

Создание земледельческих артелей в  этих двух губерниях было связано с катастрофическим неурожаем 1891 года, нанесшим сильнейший удар по крестьянским хозяйствам.
 


Деньги на коллективные хозяйства выделялись из бюджета земств (как сейчас сказали бы, из местного бюджета) и благотворительных взносов. Уполномоченным по артелям в Пермской губернии стал секретарь Шадринской уездной земской управы Н.Фёдоров. Согласно его проекту, идеальная артель должна была состоять всего из шести безлошадных хозяев. Один из членов артели избирался старостой, который и руководил  работой. В каждом населённом пункте, где были учреждены артели, назначался особый попечитель, который должен был наблюдать за исполнением условий устава.

Имущество артели: лошади, орудия, семена и весь урожай с артельных запашек — должно было находиться в коллективной собственности (а не в собственности каждого хозяйства в отдельности). Урожай артели делился на семенной фонд, на выплату податей, а оставшаяся часть должна была храниться для выдачи ссуд членам артели, нуждающимся в семенах (предполагалось, что артельщики, кроме общей запашки, будут вести и небольшое личное хозяйство).

колхоз-2

В июне 1892 года Фёдоров организовал 55 артелей, из которых 47 состояли из безлошадных домохозяев. Каждая из артелей, кроме посевных семян, получила 2 лошади, 2 одноконных плуга и соху, молотилки и веялки. На эти хозяйства местным бюджетом была выделена ссуда на 20 тыс. рублей на три года.

Ещё одним организатором колхозов в этом регионе стал социалист Григорий Соломон. На это дело он получил из Петербурга "от неизвестных лиц" несколько траншей по 5-8 тыс. рублей каждый. Эти деньги выделялись крестьянам безвозмездно. Он организовывал земледельческие артели по системе Фёдорова, выдавая лошадей, орудия и семена.

Соломон обосновался в селе Ново-Петропавловское, где открыл бесплатную столовую для крестьян. Крестьяне в артелях, которые курировались им, получали плату: за один рабочий день мужчинам полагалось 15 коп., женщинам — 10 коп. и детям — 5 коп.; всем работникам также раз в день бесплатно давали горячую пищу. Также Соломон оказывал бесплатную медицинскую помощь.
 

колхоз-1



В 1894 году губернское земство собрало первые сведения о деятельности артелей. Всего в Шадринском уезде было обследовано 63 артели. На момент создания в них насчитывался 401 член, 85 — вышли из артелей в первый же год их существования, 30 человек было исключено, вновь принято — 45. В итоге к 1894 году в состав экспериментальных  артелей входило 323 крестьянина (за два года потеря 20% состава). В их пользование было выдано 219 лошадей, одна артель купила лошадь самостоятельно. В первый же год деятельности артелей пало 22 лошади.
В отчёте губернской земской управы указывалось:

"Никому лично не принадлежавшая лошадь не пользуется должным уходом. Большинство лошадей пало прямо от голода. У артельщиков идёт пережидание, который должен работать, тот и корми лошадь, а последний, поработав целый день, передает её другому, а покормить после трудов не позаботится. Во многих случаях и оставшиеся лошади плохо кормлены и истощены».


колхоз-3

Попечители артели описывали вступление крестьян в артель как меру вынужденную:

«Безлошадные крестьяне смотрят на артель, как на неизбежное зло, лежащее на пути к приобретению собственной лошади, возможности стать полным хозяином. Заметна сильная тенденция уравнять число членов с числом лошадей, что достигается обыкновенно устранением лишних (сверх лошадей) членов».

Ещё одно исследование было проведено в октябре 1896 года, спустя четыре года после их основания. К этому времени ВСЕ артели распались, не выплатив полученные ссуды. Артельное хозяйство велось плохо, быстро менялся состав членов, а на момент обследования общая запашка была повсеместно прекращена. Из 153 лошадей, приобретенных на средства губернского земства, в Шадринском уезде пало 24%, в Екатеринбургском уезде — 32%.

Бывшие члены артели из села Далматово описывали работу своего распавшегося коллектива так: «Да разве это резон сообща владеть лошадями? Я буду её кормить, а потом её другому отдадут, кто не кормит, а только робить будет. Или я починю молотилку, а другой задаром моим трудом воспользуется! А лошади у нас пропали".

Несмотря на оказанную земством огромную помощь, экономическое положение бывших артельщиков не изменилось. Как и прежде, многие из них были бедны. Количество личного домашнего скота и инвентаря в хозяйствах участников артелей было минимальным. Хозяйства этих крестьян так же, как и десять лет назад, балансировали на грани полного упадка: за ними числились недоимки по уплате податей и долги в общественные хлебозапасные магазины.

Эпилогом в истории с организацией сельскохозяйственных артелей стало списание долгов, числившихся за бывшими участниками артелей. Всего было прощено долгов 8371 руб., поводом же стало рождение наследника престола — цесаревича Алексея Николаевича.

В Херсонской же губернии дело обстояло чуть лучшим образом: к 1910 году из 118 созданных артелей всё же сохранилось 16 (видимо сказывался такой фактор, как благоприятный климат  и наличие в регионе чуть более активных крестьян).

колхоз-4
 

Издательство "Наука" открыло бесплатный доступ к своим книгам и журналам

Загружается...

Картина дня

))}
Loading...
наверх