Доктор исторических наук и профессор о пользе курения

 
 

Я опять напросился в гости к доктору исторических наук, профессору Марии Сергеевне.

Всегда к ней напрашиваюсь, когда нужна срочная консультация по сложному историческому вопросу, а интернет абсолютно не в курсе дела.

Мария Сергеевна — маленькая семидесятипятилетняя старушка с вечной «беломориной» в зубах, не вынимая папиросу изо рта и умудрившись не обжечь, она поцеловала меня в щёку, взяла тортик и повела в комнату.

Минут через двадцать к нам заглянул старичок — муж Марии Сергеевны.

Поздоровался и, картинно заткнув нос, недовольно сказал:

— Маша, ты-то ладно, но зачем же гостя так обкуривать, посмотри, он уже весь зелёный от твоей дымины.

Старушка поднялась с кресла, подошла к мужу, ловко перекатила во рту папиросу, сделала торжественно-грустное лицо и вдруг начала руками изображать небольшие плавательные движения, вроде как брассом.
Старичок посмотрел очень строго, потом неожиданно рассмеялся, поцеловал жену в лоб, сказал: «Маша, ты — дурында» и вышел из комнаты.

Мы вернулись к нашим Персидским царям, но Мария Сергеевна вдруг перебила меня и говорит:

— А ведь со стороны я действительно выглядела как дурында: мужу не нравится мой табачный дым, а я ему показываю – плыви, мол, отсюда.

На самом деле – это очень древняя история.

Однажды, больше сорока лет тому назад, мы с мужем на «Запорожце» поехали дикарями в Крым. Это было наше свадебное путешествие. Скалы, море, палатка, вокруг ни души. Красота. Чего ещё желать?

Незаметно пролетел месяц и наступил последний вечер, утром на рассвете нужно уезжать. Час ночи, луна за облаками, на море лёгкая рябь. Пока я спала, муж решил немного искупаться напоследок, попрощаться с морем. Он и сейчас как рыба плавает, а тогда и вообще был капитаном университетской ватерпольной команды. Заплыл, значит, мой муж метров на триста, полежал на воде, понырял, чувствует – холодновато стало, пора бы и возвращаться.

Но тут он осознал, что после ныряний, не очень-то соображает – где горизонт, а где берег? Куда плыть? В темноте даже собственных рук не видно. Пробовал плавать зигзагами, вдруг берег нащупает, да где там, ориентиров никаких, получались не зигзаги, а неизвестно что. Пробовал кричать, тоже толку никакого, палатка наша за горкой, да еще и ветер свищет. Кричи – не кричи, только силы тратить. А до рассвета ещё очень далеко, продержаться нереально, замёрзнешь. В общем, дело – труба.

И вот, когда мой бедный муж уже начал прощаться с жизнью, вдруг, далеко-далеко, он заметил спасительный огонёк: а это его любимая молодая жена Мария Сергеевна проснулась и попёрлась к морю покурить, подальше от палатки, чтобы не застукал строгий, некурящий муж.

И когда он, полуживой, выполз на берег, отплевался, отдышался, то на радостях клятвенно пообещал, что больше ни разу в жизни, до конца своих дней не упрекнёт меня за курение.

Пока, вроде, держится...

 

@ Грубас

Самая секретная секретность. СССР. 1990 год

Судя по  рассказу, во времена СССР  автор   служил  командиром  БГК – большого гидрографического катера.

Однажды, ещё в советском 1990-м году, этому катеру  БГК  приказали обеспечить проводку подводной лодки после её ремонта на заводе в Комсомольске-на-Амуре. То есть, надо было помочь вывести эту лодку по реке Амур в Татарский пролив. Это тот пролив, который между Сахалином и материком.
Отыскать исторически достоверные фотографии той операции мне не удалось по причине их сверхсекретности, поэтому покажу вам свежие, современные кадры, чтобы вы понимали, о чем идет речь.

 

 

У той проводки была одна особенность – подводную лодку буксиры тащили прямо в ремонтном доке. Скорее всего, из-за особенностей гидрографии реки Амур. Операция проходила в режиме строжайшей секретности и при полном охранном сопровождении. Субмарину в доке накрыли маскировочной сеткой. Родным, близким, соседям, женам и тем более любовницам нельзя было ничего рассказывать. В радиоэфире тоже царила максимальная секретность. Даже если бы вражьи уши и подслушали переговоры, то всё равно ничего бы не поняли – кто такая «Пустельга»? и почему она вдург запрашивает, где проходит «Свадьба»?

Кстати, флотские секретчики всегда обладали не только буйной фантазией, но еще и своеобразным чувством юмора. Я помню из своей практики примеры радиопозывных, услышав которые в смешных судорогах лежали все. Даже подслушивающие нас иноземные супостаты. А как можно было не смеяться, если слышишь в эфире: «Слива! Слива! Слива ответь! Я – Паштет!»…. Почему слива? Почему паштет? Короче, это загадка для Пентагона. Пусть там мучаются.

 

 


Так вот, тащили, значит по Амуру некую «Свадьбу». Впереди шел гидрограф с позывным «Пустельга», промерял глубины, следил за ветром и вез на своем борту высокое начальство – нескольких офицеров и человек десять штатских мореманов, причастных к военному флоту. Прошли славный городок Николаевск-на-Амуре. На его берег высыпали толпы людей: мужики, женщины с детьми, старики и старушки. Еще бы – такое событие в городе – по Амуру тащат секретный объект! Все глазели, но совершенно секретно! Одним глазком! Потому как это строжайшая тайна!

На самом выходе Амура в Татарский пролив на остром полуострове раскинулось село Нижнее Пронге. А там, в лабазе леспромхоза продавали «Приму» без талонов!

Вот написал эту фразу, и вдруг понял, что для молодого поколения она может являться полной загадкой. Ну, леспромхоз и лабаз – еще ничего, можно понять, а вот что такое «Прима» и почему она продавалась без каких-то талонов – это требует пояснения.

«Прима» - это популярные в Советском Союзе дешевые сигареты (как сейчас помню по 14 копеек), недорогие, но с неплохим табаком. В конце 80-х годов в Союзе в магазинах пропало всё курево, а то, что выбрасывалось на прилавки – то продавалось по талонам. С ограниченным количеством пачек в одни руки. Вот поэтому, как только важные пассажиры гидрографа узнали, что в селе Пронге можно разжиться «Примой»  БЕЗ талонов, то стали уговаривать командира оторваться от «Свадьбы» и быстренько смотаться в магазин. Командир  и сам понимал, что в талонное время пройти мимо,  – это большой грех...и глупость.

Вдруг там ещё какой-нибудь дефицит есть?

В обстановке строжайшей секретности причалили к берегу. Местным жителям на их вопросы ответили, что ловят рыбу. (Ага, офицеры в парадных мундирах, и штатские в костюмах и галстуках - они всегда так одеваются на рыбалку). Подошли к лабазу, а на его двери объявление аршинными буквами:

«Всем владельцам маломерных судов: такого-то числа в море не выходить! Будет происходить проводка атомной подводной лодки такого-то проекта».

И подпись – «Сельсовет».

Источник

Советские свадьбы: лица наших предков просто светятся благостью

Конечно, они все были разные. Но, с другой стороны, они все были очень похожи, и часто проходили как под копирку.  

 

 

Советские свадьбы условно можно было поделить на:

1. Комсомольские. Ударные стройки, новые города, БАМ. О таких свадьбах любили писать в советских журналах.

2. Деревенские. С массой всякого рода традиций и условностей, выкупами, ряженными, вывешиванием наутро грязной простыни…

3. Городские бедные

4. Городские “мещанские”

5. Городские “продвинутые”

Часто, свадьбы были эклектичны, происходило смешение стилей и нравов, что порой приводило к мордобою:

"...Потом у них была уха и заливные потроха,

Потом поймали жениха и долго били.

Потом пошли плясать в избе, потом дрались не по злобе

И все хорошее в себе доистребили..."  (Высоцкий)

 

2. Образцово-показательные свадьбы и сегодня многих прошибают на слезу умиления.

3.

4.

5.

6.

7.

8.

9.

10.

11.

12.

13.

14.

15.

16.

17.

18.

19.

20.

21.

22.

23.

24.

25.

26.

27.

28.

29.

30.

31.

32.

33.

34.

35.

36.

37.

38.

39.

40.

41.

42.

43.

44.

45.

46.

47.

48.

49.

50.

51.

52.

53.

54.

55.

56.

57.

58.

59.

60.

61.

62.

63.

64.

65.

66.

67.

Спасибо

Картина дня

))}
Loading...
наверх